WELCOME TO Airguns KIEV

Как туркменский заказчик довел белорусов до Стокгольмского арбитража

Как туркменский заказчик довел белорусов до Стокгольмского арбитража
Как туркменский заказчик довел белорусов до Стокгольмского арбитража

«Уникальный промышленный объект», «новый индустриальный гигант», «гигантская новостройка», «флагман экономического партнерства двух стран»: в день торжественного открытия Гарлыкского горно-обогатительного комбината, состоявшегося 31 марта 2017 года, туркменские СМИ не скупились на комплименты белорусскому подрядчику «Белгорхимпром».

Но дутары и туйдуки отгремели. Президенты Беларуси и Туркменистана, синхронно нажатием на кнопки запустившие комбинат, разъехались по резиденциям. Обученные в минских вузах и напрактиковавшиеся в Солигорске туркменские менеджеры заняли кабинеты, а местные шахтеры и химики — рабочие места в забое и на обогатительной фабрике. И эксплуатант Гарлыкского ГОК государственный концерн «Туркменхимия» … резко прекратил перечислять деньги за уже выполненные и осуществляющиеся в рамках оговоренной ранее процедуры сопровождения работы и поставки. Невыплаченными, несмотря на его письменную гарантию, оказались и 3 млн долларов, истраченных подрядчиком на пышную, по-восточному, организацию приема президентов — с ковровыми дорожками для вертолетов и высаженными в Каракумах туями.

Вторая половина 2017-го и весь 2018 года прошли в поисках разрешения конфликтной ситуации и на фоне растущей перед «Белгорхимпромом» задолженности. Урегулирование проблемы вышло на самый высокий уровень. И, если бы была соответствующая воля второй стороны, Александр Лукашенко, наверняка, совершил бы и седьмой визит в Туркменистан (ранее он посещал страну в 2002, 2009, 2011, 2013, 2015 и 2017-х годах).

В конце лета 2018 года туркменская сторона, как показалась, была готова пойти на компромисс. Но обозначенные намерения были восточной хитростью. В декабре прошлого года Ашхабад поставил белорусских партнеров перед фактом судебного разбирательства. Отказавшись от консультаций и гарантийного сопровождения и самостоятельно в течение почти полутора лет эксплуатируя ГОК, новоявленные туркменские горняки не смогли вывести его даже на 5% от проектной мощности. И обвинили белорусов в невыполнении контрактных обязательств.

Мы в хронологическом порядке проследили как «стройка века» перерастала в громкий процесс в международном арбитражном разбирательстве.

Итак, что же произошло между подписанием контракта и подачей исков в Стокгольмский арбитраж?

2010г. Миллиардный контракт и миллионные «списания»

В 2009 году состоится второй визит Александра Лукашенко в Туркменистан и его первая встреча на двухстороннем уровне с новым лидером этой страны Гурбангулы Бердымухамедовым.

В июне в ходе встречи в Ашхабаде два президента подписывают пакет из 14 документов, главным из которых становится поручение ответственным структурам подготовить и подписать контракт на строительство Беларусью «под ключ» горно-обогатительного комплекса на базе Гарлыкского месторождения калийных солей.

Месторождение, расположенное Лебапском велаяте в треугольнике рядом с границами Узбекистана и Афганистана, открыто в 1964 году. Но в силу географической специфики (в Каракумской пустыне без каких-либо коммуникаций) и ситуации на мировом калийном рынке не разрабатывалось. С обретением Туркменистаном и другими центральноазиатскими республиками бывшего СССР (калийные месторождения есть у Узбекистана и Казахстана), ситуация меняется. Калийные удобрения должны были диверсифицировать экспорт Туркменистана и увеличить приток валюты, а новое производство трудоустроить несколько тысяч человек и дать импульс экономическому и социальному развитию восточной части Туркменистана.

Идея организовать добычу соли и переработку ее в удобрения обсуждается в Туркменистане с 1990-х годов. К проекту пробовали подступиться турецкие подрядчики. Но смогли его реализовать только белорусы.

Вторая половина 2009 года проходит в подготовке соответствующей нормативной базы, включая совместную разработку постановления президента Туркменистана «О строительстве на месторождении калиевых солей горнорудного комплекса по производству калиевых удобрений».

Через три дня после его выхода в свет главные участники переговорного процесса – государственный концерн «Туркменхимия» (в качестве заказчика) и «Белгорхимпром» (в качестве генподрядчика) 18 января 2010 года подписывают контракт на строительство «под ключ» ГОК мощностью 1,4 млн тонн удобрений в год. Сумма контракта - 1 млрд долларов.

Уже на этом этапе возникают трения. Предоставленный постановлением Гурбангулы Бердымухамедова льготный режим освобождает подрядчика только от биржевых и таможенных сборов, что составляет мизерную долю от тех льгот, на которые рассчитывал подрядчик. В постановление, например, не входят предложения об освобождении подрядчика от платы за проведение экспертизы проектной документации и о признании на территории Туркменистана выданных госорганами Беларуси лицензий.

Через какое-то время эти проблемы всплывут. Распоряжением зампреда правительства Туркменистана, законность которого подтвердит местный Минюст, с подрядчика снимут 1 млн долларов за ту самую экспертизу проектной документации. Туркменские налоговики попытаются оштрафовать «Белгорхимпром» на 20 млн долларов якобы за беслицензионную деятельности в области промышленной безопасности объектов горнодобывающей промышленности. Но окажется по местным нормам, что этот факт не является нарушением, если такая лицензия имеется у субподрядчика – в данном случае она была у солигорского «Треста «Шахтоспецстрой».

11 января 2013 года в районе Гарлыка проносится разрушительная буря, которая повреждает оборудование. Государственный страховщик Туркменгосстрах отказывается принять требования о возмещении убытков, а иск на его действия даже не принимается в суд.

В документах также не прописаны сроки ввода в действие и ответственность туркменской стороны за их срыв при подготовке соответствующей инженерной и социальной инфраструктуры – подведения электроэнергии достаточной мощности, строительства автомобильных трасс, газопровода, трубопровода для обеспечения питьевой водой и организацию медицинского обслуживания.

Фактически активные строительные работы на объекте начинаются с конца 2011 года. Но важный стратегический мост через Амударью, по которому в рамках своих обязательств туркменская сторона должна была обеспечивать своевременную и бесперебойную доставку грузов на строительную площадку, сдается только в феврале 2013 года. Его строит украинская компания «Альтком», открывать объект к Гурбангулы Бердымухамедовому приезжает тогдашний президент Украины Виктор Янукович. У украинского подрядчика тоже не все гладко – туркменские власти долго настаивают, чтобы при сооружении моста использовался цемент местного производства, который не устраивает «Альтком» по качественным характеристикам.

Попав по этому мосту на другую сторону Амударьи, на протяжении нескольких лет белорусским строителям и шахтерам приходится добираться до стройплощадки по пустынному бездорожью. На 120 километров уходит по 5-6 часов. Только уже ближе к запуску комбината от Амударьи до Гарлыка прокладывается асфальтированная дорога, которая сокращает время пребывания в пути до 1,5-2 часов.

В конце 2015 года, когда подрядчик в сложнейших условиях выдает «на- гора» первую сильвинитовую руду и в присутствии туркменской стороны в Солигорске тестирует ее и демонстрирует, какой рыночный продукт в итоге заказчик получит, выясняется, что обогатительная фабрика в Гарлыке так и не обеспечена технической водой. По контракту этот вопрос должны были решать местные партнеры, но они не выполняют обязательств. В итоге специалисты «Белгорхимпрома» оперативно проводят исследования, чтобы использовать ресурсы Шорсайского месторождения подземных вод на обогатительной фабрике.

2014г. Нулевой вариант и новый час икс

Предметов контракта между «Белгорхимпромом» и «Туркменхимией» было не только выполнение работ и услуг по строительству комбината (включая предпроектные и научно-исследовательские, строительно-монтажные и пусконаладочные работы), но и сопровождение работы комбината до его вывода на производственную мощность. Также белорусская сторона брала на себя организацию обучения граждан Туркменистана на базе вузов и ссузов Беларуси и их стажировку на «Беларуськалии».

Задержка с началом строительства рудника в Гарлыке связана еще и с тем, что туркменская сторона в течение некоторого времени рассчитывала на льготные кредиты белорусских банков. Последние были не согласны с такой односторонней трактовкой. Взамен белорусское руководство предложило для выполнения контракта «максимально задействовать научный и промышленный потенциал Беларуси» и «экспортные возможности отечественного строительного комплекса».

По заключенному в 2010 году контракту сдача объекта должна была состояться к концу 2015 года. Но только после заключения контракта выяснится, что приток грунтовых вод значительно превышает расчетные показатели. Белорусским строителям приходится оперативно менять технологию бурения, использовав метод заморозки грунта. На темпах сказываются климатические условия. Белорусским строителям, шахтерам, водителям приходится работать в экстремальных условиях одной из самых горячих пустынь мира Каракумах, где суточные перепады температуры колеблются в пределах +50С днем до -30С ночью при весьма скудном объеме осадков и частых пылевых бурях. Поэтому работы ведутся в две девятичасовые ночные смены — с 17 часов вечера до 11 часов утра. Работают вахтовым методом – в среднем по три месяца.

Проблемой является обязательное условие по участию в проекте туркменских граждан. Вообще для менее важных объектов их пропорция должная составлять 90% к 10% иностранцев, но для такого высокотехнологического объекта сделано исключение – 60% на 40%. Но это все равно тормозит процесс – приходится отвлекаться на исправление ошибок. По отзывам участников строительства, строительные работы заметно ускорились на завершающем этапе, когда уже были нужны узкие высококвалифицированные специалисты, а не просто люди с лопатой и кувалдой.

Контракт «Туркменхимии» и «Белгорхимпрома» изначально не был неким неприкосновенным собранием документов. За 2010-2018 годы к нему были подписаны 18 приложений и 13 дополнительных соглашений, в которых стороны пытались решать возникающие проблемы.

Одними из важнейших дополнительных документов стали дополнительное соглашение №6 и приложение №13 , подписанные в ноябре 2014 года. В них стороны договариваются не предъявлять друг другу претензии и иски за то, что было в течение 2010-2015 годах, и наконец, формализуют свои деловые отношения. Назначается дата ввода комбината в эксплуатацию – не позднее 31 марта 2017 года. В случае, если подрядчик не успевает, н «Туркменхимия» вправе потребовать 5% от суммы контракта (50 млн долларов)и возмещение допрасходов, понесенных ею в результате продления работ по банковским кредитам.

В июне 2015 года с инспекцией, как строится Гарлыкский ГОК в новых условиях, на него прибывает Гурбангулы Бердымухамедов. Президенту демонстрируется первый образец руды, добытый подрядчиком.

«Глава государства сердечно поблагодарил строителей за их добросовестный труд и усердие в работе, достойный вклад в достижение Туркменистаном высоких целей, пожелав успешного завершения строительства грандиозного горно-обогатительного комплекса. Став ярким символом крепнувшей дружбы Туркменистана и Беларуси, ввод в эксплуатацию этого, исключительно важного, беспрецедентного по своим масштабам индустриального объекта будет служить позитивным примером взаимовыгодного экономического партнерства на всем евразийском пространстве», — говорилось в репортаже туркменского ТВ по итогам этого визита.

2017г. Из пустыни в суд

«В процессе сооружения этой гигантской новостройки главным подрядчиком белорусским ОАО «Белгорхимпром» совместно с туркменскими строителями выполнен колоссальный объем работ», — это уже цитата из статьи туркменского онлайн-издания, посвященной состоявшемуся точно в срок запуску Гарлыкского ГОК.

Возможность производства на нем калийных удобрений и достижения технологической схемой проектных параметров была подтверждена проведенными в течение 100 часов (вместо положенных 72-х) эксплуатационными испытаниями. Акт государственной приемочной комиссии подписывается 27 марта, а 31 марта 2017 года Александр Лукашенко и Гурбангулы Бердымухамедов в торжественной обстановке открывают Гарлыкский ГОК. Туркменский президент объявляет, что часть первой партии удобрений отправит соседям – в Афганистан. Эфир и полосы туркменских СМИ заполняют победные реляции о вступлении Туркменистана в элитный международный клуб экспортеров калия.

Первый звоночек для белорусов звучит прямо после завершения торжеств. В них под письменные гарантии заказчика вложено 3 млн долларов, но эти расходы им никто так и не компенсирует.

Хотя звонки были раньше. Еще в конце 2016 года председатель Совета Республики Михаил Мясникович выражал «крайнюю обеспокоенность в связи с продолжающимся несоблюдением туркменской стороной взятых на себя финансовых и иных обязательств по реализации указанного проекта». Туркменская сторона ответила обвинениями в адрес «Белгорхимпром», по которым он якобы не платит зарплаты местным рабочим.

До пуска комбината, 14 марта 2017 года, стороны заключают дополнительное соглашение к контракту №12, в котором оговаривают присутствие белорусских специалистов на Гарлыкском ГОКе после его ввода в эксплуатацию. Согласно ему «Белгорхимпром» в течение нескольких месяцев реализует свои так называемые «остаточные обязательства» (доделывает и допоставляет), а «Туркменхимия» оплачивает эти работы и поставки. Также до 31 марта 2020 года в рамках контрактных гарантийных обязательств белорусы оказывают научно-техническую и методическую поддержку своим ученикам: туркмены – известные с советских времен специалисты в нефтедобыче, но производство калийных удобрений – совершенно новая для этой страны отрасль.

С запуском комбината партнерские отношения и заканчиваются. Туркменская сторона прекращает платить еще с марта. По мнению экспертов, это может быть связано с финансовыми трудностями страны. «Белгорхимпром» до последнего надеясь, что возникшая проблема будет урегулирована, за свой счет и за кредитные ресурсы поставляет в Гарлык запчасти, расходные материалы, отправляет сотрудников. В итоге к 16 марта 2018 года, когда всякая надежда на мирное урегулирование гаснет и белорусы прекращают выполнение обязательств, сумма долга перед ними достигает 52 млн долларов, а всего, по расчетам «Белгорхимпрома», долги за фактически выполненные работы превышает 200 млн долларов.

На фоне растущих неплатежей перед «Белгорхимпромом» туркменская сторона, тем не менее, в сентябре 2017 года предлагает Беларуси участие в строительстве второго калийного комбината. Власти Туркменистана планируют возвести его на юге Лебапского велаята на Карабильском месторождении калийных солей. Международный тендер на строительство ГОК «под ключ» был объявлен в апреле, а потом продлен в июле 2017 года. Интереса он не вызывает. Белорусы тоже отвечают отказом.

Свою позицию по долгам перед «Белгорхимпромом» туркменская сторона официально озвучивает только в январе 2018 года в ходе очередного обмена мнениям на правительственном уровне с участием Рашида Мередова и Анатолия Калинина. Представители туркменской сторон заявляют, что намерены пойти с белорусами на мировую — расторгнуть контракт без взаимных финансовых претензий, проинвентаризировать работы, технику и оборудование, сравнить их фактические объемы с объемами выплат и … «провести оценку ущерба, причиненного белорусской стороной Туркменистану». Беларусь, конечно, не может принять этот, фактически, ультиматум, тем более именно Мередов лично и от имени Бердымухамедова гарантировал контракт, а теперь «кидал» белорусов.

Последовавшие попытки урегулировать вопрос по дипломатических каналам тоже не увенчаются успехом. 28 мая 2018 года «Туркменхимия» известит белорусскую сторону, что в одностороннем порядке выходит из контракта и вправе самостоятельно или с привлечением другого подрядчика достраивать комбинат.

Летом усилиями Михаила Мясниковича и Андрея Кобякова удается договориться о создании двухсторонней комиссии по инвентаризации остаточных обязательств. Но ее белорусские участники по прибытии в сентябре 2018 года на Гарлыкский ГОК сталкиваются с тем, что строительная документация, принадлежавшая «Белгорхимпрому», изъята туркменской стороной с привлечением местных силовиков. Предприятие до сих пор не может вывезти с территории промплощадки 60 единиц техники.

Как уверены эксперты, отказавшись от услуг белорусских специалистов, туркменская сторона из-за специфики разработки калийного месторождения шахтным способом просто не знает, как должно функционировать и развиваться производство. С этим связано то, что за эти полтора года не достигнут даже 5-ый% выход на проектную мощность. По имеющейся из туркменских СМИ информации, в 2018 году были произведено 32,5 тыс. тонн удобрений при заявленной мощности первого этапа 350 тыс. тонн в год. Проблема состоит еще и в том, что в том режиме и условиях, в которых сейчас эксплуатируется Гарлыкский горно-рудный комплекс, Туркменистан рискуют его и вовсе потерять.

В конце прошлого года стало известно о массовых отставках в рядах туркменского правительства. Туркменские эксперты связывают увольнения заместителя председателя Кабинета министров Керима Дурдымурадова и министра промышленности Хошгельды Мергенова с критической ситуацией на Гарлыкском ГОК.

Руководство Туркменистана, тем не менее, решило сделать виноватой в ситуации белорусскую сторону.

Как уже сообщалось, 21 декабря 2018 года белорусы получили уведомление, что «Туркменхимия» подал иск на «Белгорхимпром» в Арбитражный институт Торговой палаты Стокгольма. В январе этого года вместе со своими объяснениями белорусы направили в Стокгольмский арбитраж ходатайство о привлечении Туркменистана в качестве дополнительной стороны процесса и выдвинули встречные претензии на сумму не менее 150 млн долларов.

Автор: Анвар Самедов


Источник: “http://kompromat1.info/articles/115648-kak_turkmenskij_zakazchik_dovel_belorusov_do_stokgoljmskogo_arbitrazha”

Нажмите Enter для поиска или ESC для закрытия